Вы никогда не видели настоящую цветную фотографию
Именно об этом рассказывает научный популяризатор Стив Молд в своём новом видео с провокационным названием «Вы никогда не видели настоящую фотографию». Звучит как кликбейт, но, как ни странно, в этом утверждении гораздо больше правды, чем кажется на первый взгляд.
Чтобы понять, о чём речь, нужно вернуться в конец XIX века, во времена, когда цветная фотография ещё не стала привычной частью жизни, а была почти алхимией. В 1891 году французский учёный и изобретатель люксембургского происхождения Габриэль Липпман разработал один из первых процессов цветной фотографии. Позже этот метод получил его имя — процесс Липпмана.
В отличие от современных способов передачи цвета, основанных на красителях, пигментах или RGB-фильтрах, метод Липпмана работал за счёт явления интерференции света. Это уже звучит не как фотография, а как физический эксперимент и, по сути, так оно и было.
Фотограф и специалист по альтернативным цветным процессам Джон Хилти объясняет принцип так: когда мелкозернистую панхроматическую чёрно-белую эмульсию помещают в прямой контакт с зеркалом, отражённый свет начинает взаимодействовать сам с собой и создаёт интерференционный узор. В тех местах, где этот узор достигает максимума, активируются галогениды серебра в эмульсии. После проявки серебро способно восстановить этот световой рисунок при освещении белым светом — и перед нами появляется цветное изображение.
Но главное чудо пластин Липпмана не только в том, что это была одна из первых цветных фотографических технологий. За неё Габриэль Липпман в 1908 году получил Нобелевскую премию по физике. Самое удивительное в другом: такие пластины считаются единственным известным способом долговременно воспроизвести полный спектр цвета.
И вот здесь возникает парадокс. Настоящий эффект фотографии Липпмана невозможно полноценно показать в видео или на фото на экране. Любой современный дисплей снова сведёт всё к сочетанию красных, зелёных и синих пикселей. То есть даже если вам показывают полноспектральное изображение, вы всё равно видите его через ограниченный RGB-фильтр вашего устройства.
Чтобы обойти это ограничение, Стив Молд сравнил обычные фотографии и пластины Липпмана с помощью спектрометра. Пластины для эксперимента ему предоставил Джон Хилти. И разница оказалась очевидной: обычная фотография лишь имитирует цвет, а пластина Липпмана буквально хранит физическую информацию о спектре света.
Во время экспонирования на такой пластине спектральные данные словно записываются прямо в светочувствительный слой. Внутри формируется структура из крошечных «зеркал», расстояние между которыми зависит от длины волны света, попавшего на материал. После химической обработки эта структура сохраняется. Так возникает не пигментный, а структурный цвет — цвет, который появляется благодаря физическому устройству поверхности, а не благодаря красителям.
Именно поэтому изобретение Липпмана до сих пор интересует учёных. Эти пластины называют одними из самых ранних зафиксированных мультиспектральных измерений света. Иными словами, это не просто старинные фотографии, а почти научные капсулы времени, сохранившие свет таким, каким он действительно был.
Но если метод настолько уникален, почему современная аналоговая цветная фотография не использует технологию Липпмана?
Ответ прост: она была слишком сложной и неудобной для реальной жизни.
Стив Молд отмечает, что у пластин Липпмана было множество серьёзных недостатков. Сделать повторный отпечаток практически невозможно. Экспозиция могла длиться минуты. Угол обзора был ограничен, и изображение нужно было рассматривать под правильным освещением. А если процесс выполнялся не идеально, цвета легко становились блеклыми. Для науки это было великолепно, но для массовой фотографии — слишком капризно.
Именно поэтому со временем победили более практичные цветные процессы, основанные на пигментах и RGB-подходе. Они были проще, удобнее и лучше подходили для распространения, печати и повседневной съёмки.
Есть в этой истории и доля иронии. Джон Хилти, возможно, является единственным ныне живущим фотографом, продолжающим работать с автохромным процессом. А ведь именно автохром в своё время фактически вытеснил фотографию Липпмана.
Автохром был изобретён братьями Люмьер во Франции в 1903 году, а на рынок вышел спустя четыре года. С практической точки зрения он почти во всём оказался удобнее метода Липпмана. Фотографы получили более доступный и применимый способ создавать цветные изображения, а сложная интерференционная магия постепенно ушла в историю.
И всё же пластины Липпмана остаются чем-то особенным. Они напоминают, что фотография — это не только камеры, объективы и пиксели. Иногда это ещё и физика света в её почти первозданном виде. Современные изображения могут быть яркими, резкими и удобными в исполнении, но они редко показывают цвет так, как это делает метод Липпмана: не как смесь трёх каналов, а как настоящий спектр, пойманный и сохранённый в тонком слое фотоматериала.
Так что утверждение «вы никогда не видели настоящую фотографию» уже не кажется таким преувеличением. Возможно, мы действительно всю жизнь смотрим не на цвет как таковой, а на его талантливую цифровую реконструкцию. А где-то в старых пластинах Липпмана до сих пор живёт свет, записанный почти таким, каким он был более века назад.
